Современная лабораторная практика

Печатный орган Регистра системы сертификации персонала (РССП)

Журнал издается с 2008 года

Свидетельство о регистрации СМИ ПИ № ФС77-32247
от 09.06.2008г ISSN 2072-3199

 Руководитель Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии (Росстандарт) Антон Шалаев рассказал «Эксперту Online Северо-Запад» о новой роли Росстандарта, и о том, в чем заключается современная философия стандартизации.

— В первую очередь, должен сказать, что Госстандарт, а ныне Росстандарт — далеко не только стандартизация. Да, это и стандарты, но есть, к примеру, такая важнейшая функция, как обеспечение единства измерений, метрология. Почему нужно ведомство? 71-ая статья Конституции говорит, что у государства должны быть своя метрологическая служба, стандарты, эталоны — по сути дела, это тоже одни из составляющих суверенитета государства. Росстандарт обеспечивает реализацию данной функции, поддерживая и развивая стандартизацию, эталонную базу, метрологическую службу.

Переход от государственной к национальной стандартизации случился не за один этап. Государственная стандартизация фактически ушла вместе с уходом плановой экономики, потому что изначально госстандарты использовались исключительно для целей регулирования. Образовался определенный вакуум. В начале 2000-х годов в России система стандартизации нормативно нигде не была определены. Существовали определенные «отголоски» в законе о техническом регулировании, который появился только в 2002 году, но это были лишь отдельные упоминания. По факту же говорить о появлении именно «национальной стандартизации» стало возможным лишь с вступлением в силу самостоятельного закона о стандартизации (162-ФЗ) в 2016 году.

Почему мы говорим именно о «национальной» стандартизации? Здесь необходимо начать с одной из самых важных особенностей — национальные стандарты Росстандарт как ведомство не разрабатывает. Он создает платформу, определенную инфраструктуру, где эти стандарты могут быть разработаны экспертным сообществом. Уникальность стандарта заключается в том, что по своей сути это нормативно-технический документ, принятый, как национальный документ на уровне государства, но разработанный всеми заинтересованными сторонами. А заинтересованные стороны, в свою очередь, — производители, потребители, научные организации, учебные заведения, регуляторы, профессиональные отраслевые объединения — все они могут принимать непосредственное участие в разработке стандартов. Росстандарт в итоге проверяет правильность выполнения процедур разработки, достижение консенсуса, организует проведение экспертизы и утверждает документ в качестве нормативно-технического, то есть — национального стандарта, ГОСТа. Каждый национальный стандарт — наше с вами общее достояние.

Важнейший принцип стандартов в национальной системе стандартизации — добровольность их применения. Это не документ, утвержденный государственным органом, посредством которого всегда навязываются какие-то требования. Сейчас фонд стандартов колоссальный, более 36 тысяч документов, и среди вновь принятых стандартов мы можем найти те, которые к вопросам безопасности вообще не имеют никакого отношения. К примеру, в этом году приняли стандарт на цифровые двойники изделий. У нас активно развиваются цифровые производства, внедряются цифровые технологии, создаются всевозможные цифровые системы работы с конструкторскими документами, производственными системами. Как они будут взаимодействовать между собой? Должна быть определенная спецификация, совместимость, соответственно, здесь нет навязывания требований безопасности, здесь есть предложение определенных правил, которые позволят различным системам совместно работать. И цифровой двойник условного машиностроительного предприятия будет создан по тем же правилам, что и, к примеру, в атомной промышленности.

— Расскажите о новой инфраструктуре качества. Кто ее участники и какова она в действии? Каким образом достигаются коллективные решения и учитываются интересы разных участников?

— Ценность стандартов состоит в их практическом применении. Возможны несколько уровней подобного применения, связанные с историей развития самих стандартов. Задачей первых отечественных стандартов было определение требований к безопасности конкретной продукции. В дальнейшем стандарты стали предъявлять требования к качеству — то есть, не только к безопасности изделия, но и к его потребительским свойствам. Позже требования к качеству стали появляться не только в стандартах на изделия, но и на технологии, процессы, системы управления. Сегодня же мы говорим о появлении стандартов, направленных на обеспечение конкурентоспособности. Именно благодаря подобному эволюционному развитию, от качества к конкурентоспособности, стандарты стали центральным звеном «инфраструктуры качества», о которой достаточно много говорится во всём мире в последнее время.

«Инфраструктура качества» складывается из нескольких базовых составляющих — стандартизации, метрологии, подтверждения соответствия и аккредитации, которые должны осуществлять эффективное тесное взаимодействие друг с другом. Несмотря на то, что «национальная инфраструктура качества» — сравнительно недавно введённый термин, он уже зарекомендовал себя во многих странах. Инфраструктура качества важна для удовлетворения потребности общества в качественных товарах и услугах, обеспечения высокого качества жизни людей, повышения эффективности социально-экономического развития и укрепления международного экономического сотрудничества. При этом стандартизация является одним из ключевых элементов инфраструктуры качества и определяет базовую основу для обеспечения качества производимой продукции, а также инновационного роста экономики.

Конечно, согласованное взаимодействие всех элементов — это то, как должно работать в идеале. По факту мы понимаем, что наша задача — развивать национальную инфраструктуру качества, принимая системные меры по недопущению на рынок некачественной, а зачастую и небезопасной, фальсифицированной продукции, которой по отдельным группам и секторам, к сожалению, присутствует немало. Безусловно, есть положительные примеры, когда национальная инфраструктура качества доказала свою эффективность. Один из наиболее ярких примеров — комплекс мероприятий, связанных с повышением качества топлива, реализуемого на автозаправочных станциях. Когда Росстандарт начинал проект по контролю качества топлива несколько лет назад, доля фальсифицированного бензина превышала 20 процентов. По итогам прошлого года этот показатель составил уже 7 процентов, в этом году рассчитываем достичь показателя в 5 процентов.

— Как продвигается работа по вовлечению бизнеса в активную стандартизацию? Сейчас уже можно говорить о том, что бизнес сам заинтересован и проявляет инициативу? Или все-таки эта инициатива исходит от Росстандарта?

— Бизнес вряд ли будет заниматься тем, что ему неинтересно и в чём он не видит для себя практической пользы. Поэтому вовлечь бизнес в деятельность по стандартизации насильно — изначально бесперспективный путь. Бизнесу, с учетом нового статуса национальных стандартов, участие в работах по стандартизации должно быть полезно — например, с точки зрения продвижения своих технологий. Это ведь прекрасная возможность повысить свою конкурентоспособность. Примеров, когда бизнес использует стандарты для повышения конкурентоспособности, достаточно много.

Да, приходилось слышать от предпринимателей: «Какой смысл включаться в разработку стандартов, если этот процесс занимает три-четыре года? Пока вы утвердите ГОСТ, мне это станет уже неактуально». Но на данный момент средний срок разработки стандартов в Российской Федерации от идеи до принятия составляет 9,2 месяца. Нужно понимать, что это существенно лучше, чем у некоторых наших партнеров. Например, во Франции стандарты разрабатываются в среднем за 14 месяцев, в Германии за 12 месяцев. У нас, как я уже сказал, чуть более 9 месяцев, и в ближайшей перспективе мы хотим достичь уровня в 6–7 месяцев. И тем самым бизнес получает возможность в короткие сроки получить утвержденный на уровне государства нормативно-технический документ.

В 2016 году, когда начался переход на национальную систему стандартизации, было всего порядка 15 процентов утверждаемых в течение года стандартов, которые разрабатывались по инициативе бизнеса. По итогам 2020 года мы достигли показателя в 49 процентов. Предприятия приходят к нам с интересными идеями, готовые включиться в разработку стандартов на основе этих идей. Или вносят предложения по актуализации существующих стандартов.

— Есть понимание, что нужны стандарты в области строительства, инжиниринга, в области всего того, что касается крупных предприятий, входящих в сегмент стратегически важных объектов. Но нужен ли стандарт в потребительском секторе?

— На самом деле и в потребительском секторе популярность стандартов растёт. Например, стандарты на пищевую продукцию — ведь приходя в магазин и выбирая продукты питания, многие уже начинают обращать внимание на то, в соответствии с какими требованиями эти продукты произведены. Вам интересно, что вы покупаете? Что вы будете потом есть?

— Интересно, но, на мой взгляд, сейчас в этом секторе очень мало кто придерживается стандартов.

— Возьмем один из самых классических примеров. Принятие стандартов на колбасные изделия стало одним из знаковых шагов в области борьбы с фальсификатом и контрафактом на отечественном рынке пищевой продукции. До появления этих ГОСТов были установлены общие требования к классификации полукопченых колбас, что затрудняло выбор потребителя перед совершением покупки. Более 40% реализуемой на рынке колбасной продукции в настоящее время производится не по ГОСТ, а по собственной технической документации изготовителя (ТУ или СТО). При этом, в соответствии с действующим законодательством, согласование или экспертиза данной технической документации не требуется, и это активно использовалось на практике недобросовестными производителями, называющими свою продукцию «полукопченой колбасой» — производя продукт по собственным техническим условиям и при этом не имея обязательств каким-либо образом обосновывать такого рода наименования. Создание общего подхода в виде стандарта для производителей колбасных изделий стало необходимым в целях исключения введения потребителей в заблуждение.

На самом деле, в таком виде документа, как «технические условия», изначально ничего плохого не было. И технические условия в Советском Союзе тоже существовали. Но логика в них немножко была другая. Если существует ГОСТ, нормативный документ, утвержденный государством, а при этом если существуют у меня, как у производства, какие-то дополнительные требования, я разрабатываю технические условия. Получается, что технические условия не должны входить в противоречие с ГОСТом, они устанавливают некие дополнительные требования, по сути дела повышают качество или некие унифицированные свойства продукции. Сейчас технические условия остались, но их регистрация и экспертиза являются добровольными для производителя, чем и пользуются многие недобросовестные участники рынка.

— Еще один обсуждаемый пример из потребительского сектора — школьная форма.

— Совершенно верно, ведь во многих школах предусмотрено наличие школьной формы. Однако до недавнего времени такого понятия, как «школьная форма», нормативно нигде закреплено не было. Именно поэтому в качестве «школьной формы» в продаже присутствовала одежда для детей школьного возраста, по своим характеристикам соответствующая вещам для эпизодической носки. Но одежда для школы должна соответствовать другим требованиям, ведь в ней дети проводят по несколько часов. Мы в прошлом году приняли ГОСТ на школьную форму с требованиями к воздухопроницаемости, гигроскопичности ткани, прочности и стойкости к истиранию. Яркий пример того, как стандарт становится необходимым именно в потребительском секторе.

— Можно ли рассматривать стандарты с точки зрения организации технологических коридоров?

— Стандарты могут играть определенную роль, но в технологических коридорах устанавливается все-таки обязательность требований и ограничений. Эта обязательность устанавливается государством. Стандарты, обращу внимание еще раз, являются добровольными. Однако законодательством предусмотрена возможность применения ссылок на стандарты в нормативно-правовых актах. Очевидно, что как только подобная ссылка на ГОСТ появляется, стандарт становится неотъемлемой частью этого документа, и «де-факто» становится обязательным для исполнения в рамках данного нормативного правового документа. И с этой точки зрения применение ГОСТов для развития технологических коридоров, перехода от одного уровня технологии к другой, становится весьма удобно.

Есть еще одна интересная возможность. Несколько лет назад мы ввели новый вид документа по стандартизации, закрепив его законодательно — так называемый «предварительный национальный стандарт». В данном случае это яркий пример использования стандартов для организации технологических коридоров. Предварительный национальный стандарт — это тот же самый стандарт, обладающий двумя уникальными характеристиками. Во-первых, срок действия данного стандарта ограничен во времени и составляет срок, не превышающий трёх лет. Во-вторых, в ходе срока действия предстандарта должны быть апробированы те решения, которые им установлены. Иными словами, действие предстандарта всегда связано с внедрением инновационных решений, новых технологий, не означающих немедленную отмену существующей нормативно-технической базы.

— В 2019 году были обозначены приоритеты по стандартизации. Как они определяются?

— В 2019 году в правительстве Российской Федерации утвержден План мероприятий, или «дорожная карта» развития стандартизации, на период до 2027 года, содержащая около 50 мероприятий. В свою очередь, Росстандарт ежегодно утверждает годовую программа национальной стандартизации, содержащую конкретный перечень стандартов, которые будут разрабатываться в течение года. Приоритетные направления обозначены документами стратегического планирования страны. Наша задача, чтобы годовая программа национальной стандартизации отвечала мероприятиям дорожной карты, при этом содержала тематику, связанную с приоритетными направлениями. Простой пример — в этом году приняты стратегии развития станкостроения или, например, водородных технологий. Это означает, что уже в следующем году в стране появится больше стандартов по этим направлениям. В прошлом году была принята стратегия развития радиоэлектронной промышленности Российской Федерации, и уже сейчас мы в программу национальной стандартизации включили больше стандартов на радиоэлектронную промышленность.

— Технические комитеты — часть Росстандарта или что-то другое? Как устроена вся инфраструктура, цепочка принятия стандартов?

— Технический комитет — это, в первую очередь, экспертное объединение заинтересованных сторон. По сути дела, именно в технических комитетах и рождаются стандарты, поэтому его роль колоссальна. На данный момент Росстандартом сформировано около 280 технических комитетов по различным направлениям деятельности. На практике это работает следующим образом: существует, например, технический комитет по стандартизации, который называется «Кабельная продукция», в него входят представители производителей кабельной продукции, представители потребителей кабеля, отраслевая наука, ВУЗы, если это уместно, и отраслевые регуляторы. Представители этих заинтересованных сторон по сути дела и выступают экспертной площадкой, на которой любой новый стандарт или изменение старого стандарта может обсуждаться, и, соответственно, в дальнейшем приниматься в качестве нормативного документа. В связи с появлением новых направлений в стандартизации, число технических комитетов постоянно растёт.

Пример: я разработчик кабельной продукции, у меня есть какие-то идеи по актуализации профильных стандартов. Путь разработки и принятия стандартов достаточно несложный. Появляется идея, с ней заявитель приходит в технический комитет, разрабатывает первую редакцию стандарта, которая на срок не менее 60 дней размещается на публичном обсуждении. В рамках публичного обсуждения любая заинтересованная сторона может представить свои замечания и предложения к тексту стандарта. Далее все эти замечания отрабатываются, получается новая редакция, которая выносится на суд технического комитета. Экспертное сообщество должно проголосовать «за» или «против» принятия данного документа в качестве стандарта. В том случае, если консенсус достигнут, документ попадает в Росстандарт. В соответствии с законодательством, мы проверяем соответствие всех требований по разработке, и если замечаний нет, утверждаем в качестве ГОСТа. Максимально простой на самом деле путь. Но при этом самый важный момент заключается в том, что любой стандарт рождается в результате консенсуса заинтересованных сторон.

— О киберфизических системах или удобных дорогах, умных городах — это приоритет, выбранный, видимо, в соответствии с Национальной технологической инициативой (НТИ)?

— В рамках НТИ есть «дорожные карты» по направлениям — «Автонет», «Аэронет» и так далее, где пошагово расписаны мероприятия по развитию технологий, в том числе предусматривающие и появление стандартов. То есть наша задача — обеспечить процесс внедрения программ соответствующими нормативно-техническими документами. В части НТИ «Автонет», к примеру беспилотные транспортные средства, в «Аэронет» — беспилотные летательные аппараты. Стандартов, отвечающих задачам внедрения самых передовых технологий, становится всё больше. К слову, Россия стала первой страной в мире, разработавшей стандарт на требования к электромагнитной совместимости элементов умного города.

— Как выглядит стандарт программного обеспечения, что описывается?

— Цифровые стандарты — вообще новый этап развития стандартизации. Недавно была введена классификация «цифровизации стандартов», внедряемая сейчас по всему миру. Так, классический стандарт — это некая бумажная брошюра, по нынешним временам, нулевой уровень развития цифровизации. Первый уровень — та же самая бумага, только теперь еще и «оцифрованная». Проходим ещё несколько этапов, и попадаем на четвертый уровень — так называемые СМАРТ-стандарты, то есть стандарты, которые машиной читаются, машиной применяются и передаются от машины к машине (Standards Machine Applicable, Readable & Transferable). Будущие стандарты — стандарты, в которых потребитель — это уже не человек, а, например, автоматизированная система управления предприятием или производственная линия. Это будущее, которое наступит лет через 7–10. Возвращаясь к некоторым примерам, о которых мы говорили: например, стандарты будущего на цифровые двойники, наверное, нужны в первую очередь не людям, а цифровым системам, технологическим цепочкам, производственным линиям, которые стоят на предприятиях. И они будут работать именно как умные стандарты. Такое вот будущее, пока немного футуристическое. Но тем не менее, это то, над чем уже активно работаем не только мы, но и международное экспертное сообщество, занимающееся развитием стандартизации.

© 2021 mlpj.ru. All Rights Reserved "Современная лабораторная практика" Журнал издается с 2008 года.

Свидетельство о регистрации СМИ ПИ № ФС77-32247 от 09.06.2008г ISSN 2072-3199

Телефон +7 (499) 236-25-82 E-mail:Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Разработка сайта: Веб-студия «Эллипс»